Архив для категории: Романы

Горький Максим «Роман»

Горький Максим "Роман"

Герою этого романа, Яшке, было одиннадцать лет, когда он впервые почувствовал в своём маленьком сердце сладкое томление любви. Он был «мальчиком из типографии», очень чумазым мальчиком, от которого всегда густо пахло типографской краской, скипидаром и другими профессиональными ароматами. Такой же замазанный, потрёпанный, как и все другие типографские мальчики, с таким же, как у них, лицом в маске чёрной жирной грязи, — Яшка отличался от них большими, всегда широко раскрытыми светлыми глазами, сравнительной скромностью поведения и стремлением к чистоте. В обед он всегда умывался, то есть размазывал по лицу неровно осевшую на него свинцовую пыль и грязь машин — ровным пластом, и от этой его заботливости о своей внешности казалось, что он не выпачкан, а таким уж чёрным произведён на свет. Ровный колорит грязи на его лице дал ему среди сверстников право на прозвание — Чистяк.
Курносый, с толстыми губами, с большими глазами и шарообразной, гладко остриженной головой, по бокам которой торчали большие, оттопыренные уши, среди наборщиков он был более популярен под кличкой Рукомойник. Положение его в типографии было ничуть не хуже положения других сверстников: он никак не мог пожаловаться на то, что его обделяют работой или затрещинами, и в общем он ходом своей жизни был доволен. После побоев он обыкновенно плакал и жестоко ругал того, кто его бил, но ругал втихомолку, так, чтоб, кроме него самого, никто не слыхал этих ругательств. В аналогичных случаях сверстники его вели себя точно так же, и вообще Яшка Чистяк, или Рукомойник, почти ничем от них не отличался. Жалованья он получал два рубля в месяц и всё целиком отдавал своей тётке, весьма толстой и всегда полупьяной старухе, торговавшей на толчке старьем. По отсутствию отца и матери, Яшка жил у неё в тёмной четырёхугольной дыре с одним окном, смотревшим куда-то в яму. Дыра эта была частью подвала большого трёхэтажного дома и являлась прекрасной квартирой, — зимой в ней было жарко до духоты, вследствие почти полного отсутствия воздуха, а летом прохладно, как в погребе, в силу сырости, наполнявшей дыру. Яшкина тётка относилась к нему не особенно любезно и частенько жаловалась богу на тех людей, которые умирают, оставляя после себя потомство на попечение их родственников, совершенно неповинных в том, что люди имеют дурную привычку родить детей и не умеют их ставить на ноги без помощи посторонних лиц, ничем не заинтересованных в этом деле. Нередко случалось, что Яшкина тётка основательно доказывала правду своего мнения путём подзатыльников и тычков, в изобилии осыпая ими племянника.

Горький Максим «На арене борьбы за правду и добро»

На арене борьбы за правду и добро
В недалёком прошлом так называлась пресса.
Борьба за правду и добро считалась её назначением, она высоко держала знамя с благородным девизом, начертанным на нём, и если порой впадала иногда в ошибки, то они не ставились публикой в фальшь ей, прессе, группе людей, расходовавших для общества действительно горячую кровь сердца и неподдельный сок нервов.
К её голосу прислушивались внимательно и серьёзно, а не скептически улыбаясь, как прислушиваются теперь.
Теперь слушают искусственно подогретое слово обличения и думают про себя: «Ладно! Распинайся. Вижу я, что и ты тоже прежде всего — есть хочешь!..»
И правы те, кто так думает, ибо, к сожалению, нынешний газетчик, за редкими исключениями, вполне достоин нынешнего читателя.
Он так же жаден, туподушен и бессовестно откровенен в своих поползновениях за «куском», как и его читатель.
Грустно отмечать факты, подтверждающие столь мрачный взгляд на дело, но это наша обязанность.
Минул век богатырей,
И смешались шашки;
И полезли из щелей
Мошки да букашки…
Они полезли — и вот ныне откровенно действуют в прессе.
Без веры во что-либо, без бога и совести, без определённого взгляда на дело жизни, — им всё равно, о чём ни писать, лишь бы выходило хлёстко, лишь бы понравиться улице и, поставив её симпатии на вид своего хозяина-издателя, получить с него побольше гонорара…
Полные всякого злопыхательства и отчасти не умея излить его на явления жизни, действительно заслуживающие осуждения, отчасти из трусости не делая этого, — они или пробавляются по мелочам, или «подсиживают» своего брата-газетчика.
Зачем это нужно?
Должно быть, всё для того же, чтоб понравиться хозяину, или для того, чтоб по поручению хозяина подмарать репутацию другой газеты в надежде, что этим поднимется реноме своей и увеличится подписка на неё.
Расчётец пошленький и с действительными целями прессы ничего общего не имеющий.
Но ничем иным не объяснишь целей такой полемики, как, например, полемика газеты «Дальний Восток» с собратом по оружию «Владивостоком».

Константин Калбазов «Одиночка. Акванавт»

Константин Калбазов "Одиночка. Акванавт"

— Практически, потому что капсула будет заряжена не на сто процентов, а только на пятьдесят, — вполне спокойно, и даже выставляя напоказ свое терпение, начал объяснять Петр. — После этой цифры, стоимость процедуры начинает расти в прогрессии, а проводить подобное лечение в кредит никто не станет. Искин же будет действовать соответственно имеющимся ресурсам и состоянию вашего организма. Разумеется в первую очередь он сосредоточит свои усилия на самом серьезном, а потом по ниспадающей, пока в емкостях имеются препараты. Но даже после такого лечения вы будете куда здоровее практически любого из живущих на Земле, и сможете дожить эдак, лет до ста. Разумеется, если не подхватите очередную бяку.

— То есть, я должен поверить в эту муть? — Искренне удивился Сергей.

Нет, он конечно же не против почитать фантастику и послушать http://audio-knigki.ru/fantastika/. Мало того, как раз фантастикой и увлекался. Но его нынешнее состояние как бы не располагало к подобным беседам. Конечно Петр выглядел довольно уверенным в себе, и это вносило некую долю сомнений. Но все же, поверить в подобное…

— В фантастику, да. Но только не муть, — ничуть не смутившись, возразил Петр. — Признаться, когда мне предложили это, у меня была точно такая же реакция. Но мне хватило ума согласиться на данное предложение, хотя бы по той простой причине, что я ничего не терял. Разумеется есть какая-то часть сумевших побороть рак, но этот процент настолько мал, что проще выиграть в лотерею. Кстати, мне ни разу так и не повезло.

К. А. Эппелгейт «Секрет»

К. А. Эппелгейт "Секрет"

Но по-настоящему я опасалась только хорк-баширцев — ведь мне ничего не было известно о том, насколько острым было их обоняние.
К счастью, оказалось, что с обонянием у них все в порядке.
То есть не просто все в порядке, а просто-таки даже отлично. К моей величайшей радости, оно было даже более чувствительным, чем у людей.
Первым ударился в панику тот хорк-баширец, что был ближе всех к ящику. Другой вдруг поднял беспорядочную стрельбу.
— Прекратите стрелять, вы, идиоты! — завизжал Виссер Третий.—Еще попадете в человека!Или в меня!
На самом деле стреляли они в дверь. Через мгновение я увидела, как в ней появилась ог­ромная дыра.
— Зловоние ферналл ганаль! — проревел один из хорк-баширцев на той странной смеси англий­ского и их родного языка, которой они обычно пользовались, разговаривая между собой.
Впрочем, им было не до разговоров. Повер­нувшись, они дружной толпой ринулись к двери.
А я, если честно, искренне не могла понять, из-за чего такой шум.

Айрин Эльба «Власть памяти»

Айрин Эльба "Власть памяти"

— Так, если в твоем бывшем колледже было так хорошо, что же ты сюда приехал?
Парень на минуту офигел от такой наглости, но придя в себя равнодушным голосом сказал:
— Уж точно не по собственному желанию. Будь моя воля, я бы и на километр не подошел сюда!
— В таком случае, мистер «зазнайка» — сказала я, таким же равнодушным голосом, — оставь свои комментарии о нашем заведении, и студентах в целом, при себе. Здесь в этом никто не нуждается, ну разве что твои личные подстилки.
Посмотрев на него и Сабрину уничтожающим взглядом, я пошла к выходу на дубовые лестницы, а следом прошествовали мои друзья.
— Кира! — закричала на меня Анна, когда мы свернули за угол столовой, — Ты хоть представляешь на какие неприятности нарвалась?! Теперь Сабрина объявит тебе войну!
— Мне не привыкать, я и похуже нечисть встречала! А с этой болотной выдрой, как-нибудь разберусь!
— А по-моему Кира красотка! — сказал Пол. — Таких отморозков как он, надо ставить на место с самого начала.
— Почему все парни на него ополчились, я еще могу понять, — сказал Тейлор, — но вот почему ты его так невзлюбила?
— Не выношу когда кто-то, кто считает себя элитой, издевается над «лузерами»! — я со злости ударила кулаком по дереву и оставила в нем горящий отпечаток кулака.
— Так, Кира злится! — сказал Пол. — Делаем ноги, пока нам не досталось.