Архив для категории: Военный

Александр Владимирович «Голодный Нож разведчика. Добро пожаловать в ад!»

Александр Владимирович "Голодный Нож разведчика. Добро пожаловать в ад!"

– Опять завели шарманку! – Сергей с отвращением посмотрел в телевизор.
Жизнь в последнее время складывалась не очень. Черная полоса, начавшаяся с реформы полиции и сокращения должности, и не думала заканчиваться, становясь все гуще и беспросветнее. Кому скажи: технический специалист, инженер-практик с тройкой высших образований – и не может найти нормальную работу! Похоже, черный пиар, НЛП и прочие политтехнологии, щедро льющиеся из «шкатулки с дебилами», снесли вероятному руководству остатки мозга. Выборы… разгул кретинизма, буйство проплаченных неадекватов и общая шиза. Не успев толком отойти от думских, страна с головой окунулась в приближающиеся президентские. Вот и сейчас очередной примелькавшийся мордатый «радетель народных интересов» щедро метал дешевые лозунги и лживые обещания с экрана.
– Твари!
Кнопка пульта заткнула «правдорубца» на полуслове. Выключив телевизор и глубоко вздохнув, Сергей Ратный подвинул густо почерканную пачку направлений из городского центра занятости, газету «Работа для всех» и приступил к анализу предложений.
Второй вдумчивый просмотр и пара телефонных звонков подтвердили первоначальный диагноз: все не то. Либо нормальная работа, но за никакие деньги, либо совершенно безумные требования работодателей. По идее, в торговые сети звонить смысла больше нет вообще. Теплые места в их сервисных центрах занимают либо разные категории родственничков, либо действительно высококлассные специалисты, за которых реально держится руководство. А ежедневно метаться по десять часов в должности продавца-консультанта по торговому залу… в конце концов, не двадцать лет и даже не тридцать.

«Штрафбат в космосе. С Великой Отечественной – на Звездные войны»

"Штрафбат в космосе. С Великой Отечественной – на Звездные войны"

– И какого хрена им надо? – ругнулся капитан Крупенников, прочитав предписание.
– А я знаю? – пожал плечами старший сержант. – Оне там велели прибыть срочно. Ачо я сделаю?
– Ничоа! – раздраженно ответил Крупенников своему ординарцу и сел на нары землянки. После чего почесал левую ступню.
– Иванов! Отчего пятки желтеют?
Тот удивленно приподнял брови:
– А я знаю, чели?
– Вятский ты валенок, – ругнулся капитан. – Что там немцы?
– Сидят немцы в своих окопах, – бодро доложил старший сержант.
– Это правильно тактически. А вот стратегически – не очень.
– Это почему?
– Лучше, если бы они бежали стратегически. Я в штаб дивизии, Иванов.
Старший сержант с русской фамилией и не менее русской круглой физиономией кивнул. И только после этого удивился:
– А зачем? – А я знаю, чели? – передразнил Крупенников, натягивая новые, недавно полученные со склада сапоги. Портянки воняли на всю землянку. Капитан не менял их с начала операции.
– Вызывают, и все тут. Мы люди маленькие и подневольные. Сказано явиться – являюсь.
– Поди, орден дадут? – поинтересовался Иванов.
– Нет, ребята, я не гордый, я согласен на медаль! – цитатой из «Василия Теркина» ответил комбат. – Буду к вечеру.
Командир стрелкового батальона капитан Виталий Крупенников не догадывался, что ни к вечеру, ни к утру сюда уже не вернется. Он раздавал замполиту и ротным короткие приказы, не зная, что больше никогда их не увидит. Военные судьбы извилисты, и пока капитан будет выслушивать разнос командира дивизии, совершенно дежурный и ничего не значащий, на позиции батальона выйдет какая-то моторизованная часть эсэсманов. Выйдет, сомнет – и намертво застрянет в траншеях смертельно уставших русских солдат.

Вячеслав Шпаковский ««Умрем же под Москвой!» Свастика над Кремлем»

Вячеслав Шпаковский "«Умрем же под Москвой!» Свастика над Кремлем"

Шла четвертая неделя со дня нападения фашистской Германии на Советский Союз. На всем протяжении советско-германской линии фронта, от Баренцева до Черного моря, Красная Армия вела ожесточенные бои с наступающими войсками фашистского блока. Особенно упорные бои развернулись на Западном фронте, где противник, не считаясь ни с какими потерями, упорно рвался к Москве.
11 июля 1941 года гитлеровские танки ворвались в Витебск, 16 июля пал Смоленск. Три советские армии (16, 19 и 20-я) оказались в кольце окружения между Витебском и Смоленском и, пытаясь вырваться из котла, теряли в боях сотни тысяч бойцов. Среди оказавшихся в окружении был и 14-й гаубично-артиллерийский полк, где командиром шестой батареи второго дивизиона был сын Сталина – старший лейтенант Яков Джугашвили.
15 августа 1941 года его имя оказалось на газетной полосе. Заместитель командующего Западным фронтом генерал-лейтенант (впоследствии Маршал Советского Союза) А.И. Еременко передал в газету «Красная Звезда» следующее сообщение: «Изумительный пример подлинного героизма показал в боях под Витебском командир батареи Яков Джугашвили. В ожесточенном бою он до последнего снаряда не оставлял своего боевого поста, уничтожая врага». В том же номере «Красной Звезды» был опубликован и Указ Верховного Совета СССР о награждении старшего лейтенанта Якова Джугашвили за проявленное им мужество в боях против немецких захватчиков орденом Красного Знамени. Об этом награждении узнала вся страна, за исключением самого Якова: к этому времени он уже почти месяц находился в немецком плену!

Александр Голодный «Будущего нет! Кошмар наяву»

Александр Голодный "Будущего нет! Кошмар наяву"

– Брось его, Рыжий. Валим отсюда.
– Может очухается? Давай подождем.
– Не хрен ждать. Сдохнет, отвечаю. Со жмуром зависать – ищи фраеров. Живо менты набегут. Канаем.
Глянув в последний раз на умирающего со злобным презрением, неопрятный, заросший клочковатой бородой Петя поднялся с корточек, длинно сплюнул в гаснущий костерок и шагнул к выходу из заброшенного склада.
Мотнув кудлатой нечесаной шевелюрой грязно-рыжего цвета, напарник искательно заглянул Сергею в глаза:
– Ну, ты, это… Короче, куртофан тебе без надобности, Серый.
Ответить не получилось. Он только слабо хрипел от невыносимой режущей боли в боку. И раньше хилое тело сейчас отказало совсем. Стакан «паленки»… Всего один!
Петя часто повторял: «Жадность фраера сгубила». Как предрекал. Украдкой высосанная из горлышка водка оказалась смертельной. Уже не узнать, чего там намешал проклятый торгаш. Вовремя проблеваться не получилось, и сейчас он подыхал в собственных жидких испражнениях.
Крутнув безвольное тело, Рыжий вытряхнул Сергея из зимней куртки. Теперь он лежал, прижавшись щекой к грязному заледеневшему бетону. Но холод почти не ощущался. Как и не вызывала панических мыслей приближающаяся смерть. Дневной свет стремительно тускнел в глазах, от боли пропадало сознание. Громко икнув, судорожно дернувшись всем телом, бомж…

Максим Шейко «Мир за гранью войны»

Максим Шейко "Мир за гранью войны"

Холодным и хмурым ноябрьским вечером невысокий, невзрачный человек в неброском френче медленно прогуливался по длинному кабинету. Между стенкой и длинным столом для совещаний с придвинутыми к нему стульями. От одной, оббитой деревянными панелями, стены до другой такой же, но снабженной еще и массивной дверью. И обратно. Ни привычно закрытого тяжелыми темно-зелеными шторами окна, ни шикарной дубовой двери с литыми бронзовыми ручками. Только толстый, покрывавший весь пол, ковер и мягкие кавказские сапоги, как и раньше, скрадывают шум шагов.
За последние месяцы было много таких изменений. Сперва пришлось перебраться из Кремля в метро, потом и вовсе покинуть столицу. Теперь приходится жить и работать в подземном убежище под Куйбышевом, строительство которого начали сразу после сдачи Смоленска еще в самом начале войны и вели сверхударными темпами, чтобы иметь хорошо оборудованный командный центр на самый крайний случай. И вот этот «крайний случай» наступил. Так что теперь столица советского государства находится здесь. Надолго ли? Конечно, сопротивление продолжится — у страны советов еще остались гигантские ресурсы. Правительство своевременно эвакуировано, на Урале, в Поволжье и Сибири на основе эвакуированных предприятий развертывается мощное военное производство.